Село Полесское: жизнь в заброшенном селе

Звёзд: 1Звёзд: 2Звёзд: 3Звёзд: 4Звёзд: 5 (3 оценок, среднее: 5,00 из 5)
Загрузка...

Село Полесское (Чернобыльская зона отчуждения)

Административный центр региона перенесли в село Кросятичи. Принято считать, что уже десять лет в Полесском отсутствуют жители.

Но, только по официальным данным, здесь проживает приблизительно двадцать семей.

Это члены семьи тех, кто работает на необходимых для данного региона должностях: пожарные и полиция, охраняющая въезды в зону между Житомирской и Киевской областями.

На въезде в Полесский район расположена  синяя табличка,предупреждающая об опасности данной местности.

Чтобы туда попасть нужно пересечь ряд сельских поселений, где старики доживают свой век и блокпост с представителями правопорядка.

От главной улицы остались только заросшие каркасы жилых построек и проваленная крыша кафе «Пролесок».

Хотя место и кажется заброшенным, люди сюда периодически наведываются: на дороге практически всегда можно заметить оставленные полосы от автомобильных колес.

Возле старого памятника погибшим солдатам периодически появляется свежий зеленый венок.

Во время катастрофы на ЧАЭС местные жители старались как можно быстрее покинуть село, но органы власти заставляли их возвращаться под различными предлогами и не давали возможности вновь покинуть Полесское.

Признаки жизни

Возле пожарной станции в черте города практически всегда пасутся лошади, которые принадлежат сотрудникам пожарного отделения.

Более того, местные жители держат собак, которые спокойно гуляют по селу, никого и ничего не боясь. Смирные животные придают Полесскому хоть какую-то видимость жизни.

Мародерство

Сергей Янценко, региональный специалист Чернобыльской программы возрождения и развития ПРООН, в молодости работал педагогом.

С двух тысячи третьего года он оказывает помощь всем людям, проживающим в Полесском районе, возрождать полноценные условия для нормальной жизни.

До официального выселения в регионе проживали тридцать две тысячи людей. После данного события осталось чуть больше шести тысяч человек, это приблизительно две многоэтажки в столице.

В летнее время года в селе можно встретить много мародеров. Это люди, которые собирают металл и стройматериалы,а затем перепродают весь собранный улов.

Для многих это является единственным способом заработка. Вопреки ожиданию, с данным явлением власти никак бороться не хотят. Ходят слухи, что металла еще хватит года на 2.

Более того, остались еще большие запасы кирпича. Есть предположение, что металл вывозят по объездной дороге через соседнее сельское поселение «Роговка».

Сергей Янценко предполагает, что люди не покинули зону отчуждения, потому что жилье, которое им выделило государство, отдали детям и внукам или недальновидно продали, многие из них быстро растратили свои деньги и других вариантов, кроме как вернуться в свои старые дома, у них и не осталось.

На данный момент в регионе функционируют восемь общин. Правительство никак данному региону не помогает.

Все средства на поддержание более-менее нормальной жизни собираются общими силами при помощи соседних поселений.

Ведь Полесский район на девяносто процентов живет за счет государственных пособий. Но при этом средства, которые выделяются на регион, не всегда направляются на реальные нужды Полесского.

Волонтеры благотворительной программы вместе с жителями села Радинка восстановили школу, построили молодежный центр со спортивным залом, компьютерным клубом и местом для проведения различных мероприятий и дискотек.

Планируется отремонтировать канализационную станцию, водогонку, восстановить еще пару школ.

Две общины приняли решение сосредоточиться на формировании сельскохозкооператива, который бы помог со всей необходимой техникой для обработки пахотных угодий.

Степень радиоактивного загрязнения

Большая часть населения не доверяет государственной статистике радиационной загрязненности Полесского региона.

Практически каждый житель имеет свои собственные устройства для измерения степени радиации.

Местные люди знают, что в Полесском существует два участка, в которых после аварии произошел выброс радиоактивных веществ, вся остальная местность намного чище по данному показателю.

«По слухами и, в одном месте обнаружили плутоний, — говорит Сергей Янценко. — И есть вероятность, что это стало одним из главных факторов выселения местных жителей».

Он считает, что требуется провести качественные научные исследования по ситуации с радиоактивным загрязнением. «Жители региона, которые работают в районном центре, ежедневно должны проезжать через село Бобир, которое относится к числу населённых пунктов, для которых вышел приказ об обязательном выселении», — негодует Янценко.

Как он считает, требуется провести изменения на государственном уровне, дав Полесскому региону статуса местности, пострадавшей от Чернобыльской аварии.

По статистике за последние годы уровень смертности в зоне отчуждения в 3 раза превышает степень рождаемости. «Во всех неудачах жители обвиняют катастрофу на атомной станции, — говорит Янценко. — Но то, что жители плохо питаются, не получают требуемое количество витаминов, должного медицинского ухода, злоупотребляют алкогольными напитками — возможно, оказывает большее негативное влияние, чем сама радиация».

День, когда село вновь оживает

Создатель документальной картины о селе Полесское Георгий Давыденко сам родился в данном селе.

Он посещает его каждый год: через неделю после Пасхи, в Полесское вновь возвращается жизнь.

В день памяти население села, которое с каждым годом уменьшается, приходит на могилки своих родных и близких.

«Не все люди смогли бросить свои дома», — слова из документальной картины подтверждает местный дедушка, измеряющий землю специальным устройством.

Павел Токарь утверждает, что радиоактивное загрязнение не приносит ему никакого вреда: «Нас тут осталось восемнадцать человек, никому до нас нет дела. Нет ни электричества, ни связи, ни врачей».

80-летней Юзефине Гермончук, которая прошла через фашистские концлагеря, пообещали дать свет: «От государства пришло решение, которое так и не было обеспечено», — негодует пожилая женщина.

Документальная картина Георгия Давыденко, которая снималась четырнадцать лет назад, похоже, является последним задокументированным доказательством существования жизни в селе: из восемнадцати человек двое уже умерли.

Виктор Бирников, преподаватель физики, умер в прошлом году от инсульта. Здоровый мужчина чуть старше сорока еще недавно являлся главой полесской общины, главным претендентом в главы районной администрации.

Семьи, спасшие свои дома от действия вандалов, остались изолированными от мира: растительная еда с собственных грядок, мясо от домашнего скота, рыба из местных водоемов, хлеб — за несколько километров из Овроча и плохое отношение, как со стороны власти, так и соседних поселений.

Григорий Давыденко вспоминает, как его брат и сестра были перевезены в Переяслав-Хмельницкую область: «Через 1,5 года они умерли.

Выплату государственных пособий не выдавали вовремя, приходилось питаться тем, что выросло на собственных грядках.

Даже участки на кладбище для переселенцев из зоны отчуждения выделили отдельные. Я понимаю опасения людей из-за радиационного заражения.

Но,как мне кажется, подобное отношение к людям — самое ужасное, что может случиться».

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *